16+
Автовитрина Ижевска
Рекламодателю
Прайс-лист
Контакты
РЕКЛАМА НА САЙТЕ

Лента новостей
Каталог автопредприятий
Архив новостей
Архив номеров
Душа Удмуртии путешествия по родному краю

Душа Удмуртии
На правах рекламы
Перекрестный огонь
Дорожные хроники
Спортивное поведение
Сегодня в городе моем
Уездные хроники
Тест-драйв
Из первых рук
Путешествия и путешественники
Улиц наших имена
Машина времени
Авто-портрет
Сезон охоты
Мы и ГАИ
Автоликбез от Юрия Гейко
Ижевские машины
Авто-history
Страховка
Вопрос страховому агенту
Авто в кино
Автомобиль в эпицентре истории
Авто-азбука
Советы бывалых
Авто-криминал
Моя история
Авто-байки
Авто-док
Кадры недели
Самоделкин Club
Консультации юриста
Обратная связь

Тираж 10 000 экземпляров

110 точек распространения
На главнуюОбратная связьПоиск


Места распространения

В коммуне остановка…

Несмотря на громкое революционное название, ижевская улица Коммунаров выглядит довольно скромно. Как и прочие, до революции она была «номерной» Десятой улицей.

Одним из первых постановлений Ревграждансовета от 13 декабря 1918 года ее назвали в духе времени улицей Бедноты. Идея мировой революции через два десятка лет хоть и не была уже столь навязчивой, как в первые годы Советской власти, но бои мирового пролетариата с мировой же буржуазией вовсю гремели и в Европе, и в Азии – так сказать, интернационализм в действии. Как тут было большевикам не вспомнить о славном прошлом международного рабочего класса! Да и слово «коммуна» в послереволюционные годы было необычайно популярно. А про Париж – это вы забудьте! Остается вслед за поэтом Петром Любомировым повторить:

Может, Иж и есть второй Париж,

Только в темноте не разглядишь…

ИЖЕВСКИЙ КОММУНАР

Как известно, любую идею можно обосновать, в том числе и появление на бывшей Десятой, а затем улице Бедноты в октябре 1937 года новых табличек с надписью «Улица Коммунаров». В романе Валентина Пикуля не один раз упоминается имя участника Парижской Коммуны, известного революционера Армана Росса. Семи пядей во лбу не надо, чтобы по фамилии определить русские корни коммунара. Вообще-то настоящее его имя Михаил Петрович Сажин.

Родился будущий парижский коммунар в 1845 году в Ижевском Заводе Вятской губернии. Семья была купеческой, но старшее поколение отличалось либеральными убеждениями и отчаянно спорило на политические темы, ну а младшие на ус мотали. Знать, потому через несколько лет, уже будучи студентом Петербургского технологического института, Сажин легко попал под влияние идей Чернышевского – да этими идеями тогда увлекалась чуть ли не вся читающая и думающая Россия! Вот только на баррикады не все пошли – семья, знаете ли, служба опять же!

Михаил Сажин был не только очевидцем гражданской казни своего политического и духовного идеала, но и сам вскоре оказался в ссылке. Да не было у жандармов советской строгости к политическим врагам, жили они себе припеваючи, на харчи получали от государства вспомоществование, на досуге статейки да книжки пописывали, а надоедало жить в глуши Вятской или, как Сажин, в Вологодской – бежали спокойно куда-нибудь за границу. Вот и недавний еще ижевец отправился в Америку. Там-то и появляется у него новое имя Арман Росс. Но скучно революционеру работать грузчиком, и он едет в Швейцарию, входит в основанный Марксом и Энгельсом I Интернационал, организует в Цюрихе типографию и активно переправляет в Россию нелегальную литературу.

Будучи натурой увлекающейся и даже, пожалуй, авантюрной по складу характера, Арман Росс никогда не остается в стороне от «правого дела борьбы с сатрапами». Он не только сражается на баррикадах Парижской Коммуны, но и участвует в освободительном восстании против турецкого ига в Герцеговине. По возвращении на родину Сажина-Росса ждет заключение в Петропавловской крепости, затем - каторга в Харьковском централе, длительная ссылка в Иркутскую губернию. А потом снова суд и новая ссылка.

Историки отмечают, что бывший парижский коммунар «в последние годы от революционной деятельности отошел». Наверное, поэтому и не удосужились его именем назвать хоть какую-нибудь ижевскую улочку. Умер Михаил Сажин в 1934 году в городе Горьком, так что у него была возможность оценить горькие плоды столь старательно подготавливаемой им революции.

НА МЕСТЕ ЧУДЕСНОЙ НАХОДКИ

Революции созревают медленно, мгновенный социальный взрыв порой подготавливается веками. Смутное время в России, увы, не редкость. «Русский бунт, бессмысленный и беспощадный» знаком был ижевцам чуть ли не со времени основания будущего города. То страшное и скорое на расправу время прозвал народ пугачевщиной. До сих пор почти в каждом населенном пункте краеведы покажут вам не храм, так родник, не горку, так поле, где кровь барская пролилась, а названия сохранили память о пугачевцах.

О днях пугачевщины напоминает ижевская легенда. Давно уже утихомирилась смута на земле российской, на месте выжженного пугачевцами «до пошвы» железоделательного завода появился другой – оружейный. И вдруг снова всколыхнулась народная память, молодые ижевцы внимательно вслушивались в рассказы стариков о том, как расправлялся с барами народный царь. И с чего бы это вдруг?

Оказывается, чудо случилось в Ижевском заводе: приписные крестьяне, заготовлявшие в заводской лесной даче дрова, увидели свет, нисходящий с неба. Падал он прямо на большой «крест напрестольный злато-позлащенный». Крест этот был когда-то зарыт в двух верстах от завода. Судя по всему, случилось это в дни пугачевщины. До сих пор загадка, как крест оказался в лесу: кто утверждает, что его священнослужители от пугачевцев припрятали, кто-то уверен, что просто потеряли.

После торжественного молебна святыню перенесли в Ильинскую церковь, позднее она хранилась в Александро-Невском соборе. На месте же чудесной находки поставили памятный знак, а в конце XIX века соорудили часовню по проекту заводского архитектора Коковихина. Назвали ее Крестовоздвиженской, к ней дважды в году богобоязненные ижевцы устраивали крестные ходы. В народе ее ласково звали и продолжают звать «Крестиком».

Часовня эта и сегодня стоит, притаившись за более поздними зданиями, на углу улицы Коммунаров и переулка Широкого. В 1991 году передали ее Удмуртской епархии и из полузаброшенного складского помещения она снова превратилась в одну из дорогих для Ижевска святынь. Да и как иначе, если эта скромная часовня напоминает о нашей истории!

ПОД СВОДАМИ АРСЕНАЛА

Одно из самых запоминающихся не только на улице Коммунаров, но и во всем городе, конечно же, здание Арсенала. Да и в ижевской истории оно чрезвычайно много значит. Наверное, правильно, что Национальный музей УР расположен именно здесь, сами стены Арсенала являются по сути музейным экспонатом.

И пусть культурологи и историки выискивают его прообразы и прототипы то в Петербурге, где учился в Академии художеств заводской архитектор Семен Дудин, то в Италии, где стажировался творец Арсенала и многих других ижевских зданий-памятников! Ижевск, впрочем, как и северная российская столица, творчески переработал и по-своему воплотил, а может быть, и обогатил достижения ума и таланта европейских зодчих.

Словно пушкинское время позднего романтизма отражается в дудинском Арсенале, да так, что даже самый рациональный и далекий от поэзии человек не назовет его попросту «складом оружия». Наверное, в этом и есть главная заслуга зодчего Дудина, что он попытался на ижевских холмах соединить заводское, утилитарное, рациональное начало и духовность, поэзию. Дудинские ориентиры наш город, к сожалению, не раз терял из виду, но неизменно к ним возвращался.

Собственно говоря, в дудинское время никакой улицы здесь не было, кругом открытое пространство площади, как и было положено – все-таки хранилось в Арсенале оружие, к тому же пороховой погреб располагался поблизости. Да и саму эту площадь до революции называли Арсенальной или Артиллерийской. Но Семен Емельянович прозорливо предвидел, что развиваться будущий город будет именно на северо-восток, так что теперь его творение украшает новый ижевский центр, оформившийся в 60-х годах уже XX века.

А какие люди бывали в ижевском Арсенале – не только в местной или российской, но и в мировой истории знаменитые! Один из них - император Александр I. В его царствование и завели на Иже производство оружия, как же было государю в своих странствиях не заглянуть к ижевским оружейникам! В Арсенале и хранились как реликвии те молоток и легендарное ружье, ствол которого Его Величество изволил ковать «около пяти минут собственноручно». И, конечно, не случайно император среди прочих особо отметил ижевского зодчего, наградив Семена Дудина орденом Владимира IV степени.

А что же царево ружье? В круговороте гражданской войны «царское» ружье, как и многие другие царские экспонаты, исчезло. Лишь в 1980 году стало известно, что уже полвека хранится оно в Бийском краеведческом музее. Алтайские музейщики предоставили его для выставки «Во славу Отечества российского», открытой в Национальном музее УР имени Кузебая Герда и посвященной 200-летию Ижевского оружейного завода. Теперь каждый может прочитать на стволе одного из важнейших экспонатов этой выставки надпись: «Высокомонаршею рукой императоръ Александр I соизволилъ ковать сей ствол на Ижевском заводе 1824 года октября 5 дня».

В своей ознакомительной поездке по России побывал на Иже и сын Николая I, наследник престола и будущий император Александр II Освободитель. Как и прочим высоким гостям, цесаревичу пришлось несколько раз ударить изукрашенным молоточком по стволу – ружье это потом бережно унесли на хранение в арсенал.

ПЕРЕМЕНЫ

Что цари, заехали на денек и фью! - растворились навечно в истории. На улице Десятой проистекала жизнь наших предков, как сейчас проистекает наша. А это разве не история страны! Все меняется на наших глазах: с детства знакомые «Спорттовары» несколько лет назад поменяли профиль, от знаменитого магазина-«чулка» одно название и осталось. Кассы Аэрофлота давно переехали, а в годы моей юности в разгар отпусков к их дверям с ночи очередь занимали – сам стоял в ней. Лишь магазин «Цветы» стойко держится и в новое рыночное время.

Окна моей городской квартиры выходят нынче аккурат на дом-свечку, возведенный ударными темпами в начале смутных постперестроечных времен между Советской и Ленина.

Именно здесь когда-то располагалась конечная остановка 7-го автобуса. А другой автобус под № 19 в те, уже далекие времена, с улицы Советской сворачивал на улицу Коммунаров, затем по Красногеройской улице (а прежде – переулку) шел в сторону радиозавода. И мы последуем за тем призрачным автобусом из детства.

Совсем недавно преобразился сквер на углу Советской и Коммунаров, который студенты всех времен называли и продолжают называть «Болото». Несомненной удачей и для этого перекрестка, и для всего Ижевска стал памятник ижевскому крокодилу – пусть брюзжат и скрипят зубами некоторые искусствоведы! Хоть улыбок в городе побольше стало.

Дом радио, пристанище эфирных муз – сколько уникальных людей работало здесь! И как не вспомнить добрым словом Володю Лучникова и его популярнейшую передачу «На эстрадной радиоволне» - наверное, закрытие передачи и подкосило известного радиоведущего. Десять лет исполнилось со дня его смерти.

А вот и пристанище уже других – сколько моих друзей училось на худграфе, не перечесть! Возле третьего «художнического» корпуса УдГУ спрятался за елочками знаменитый ижевский революционер Иван Пастухов, прозевавший антибольшевистское восстание в городе. Неужели за это и отправили его из самого центра в ссылку на тихую улочку Коммунаров, чтобы голодным студентам показывать пальцем на «блинку»? Обломайтесь, студенты, это заведение нынче уже не для вас, судя по крутизне машин возле популярного некогда кафе.

Другие магазины, другие в них покупатели. То, что магазин «Охота» с улицы Коммунаров переехал еще лет тридцать с чем-то назад – это я как-то еще запомнил. Но вот недавно, к сожалению, не нашел на старом месте мой любимый книжный магазин «Ча-ща». После недолгих поисков приют книгочеев был мною, слава Богу, обнаружен неподалеку в доме под № 39 на Красногеройской улице.

ДОМ ПОЭТА

Этот перекресток особенно важный для некогда ижевского, но уже четверть века московского поэта Олега Хлебникова. Как раз, где нынче стоит памятник Пастухову, и находился некогда дом детства поэта. Да, в Ижевске все так, что имеем – не храним…

Несколько лет назад мы сидели с Олегом Хлебниковым в редакции «Новой газеты» и разговаривали, в том числе и об улице Коммунаров и месте, где он вырос.

- Мне повезло – я родился в деревянном доме, значит, была большая семья: дедушки, бабушки, тети, дяди… Я и теперь считаю большую семью величайшим благом для ребенка. Как-то естественно процесс воспитания происходит, все семейство это делает непроизвольно, исподволь, во время общения друг с другом.

У нас был небольшой двухэтажный дом, впрочем, тогда он казался мне огромным. Делились мы на верхних и нижних, но все были родственниками. Сейчас уж из верхних, к сожалению, никого не осталось.

Мир для меня сначала ограничивался, по сути дела, небольшим кварталом: от Советской до Красногеройской, от улицы Коммунаров до бульвара Гоголя. Небольшой клочок земли, но в нем на самом деле очень многое было видно... Я не думаю, что кого-то обижу, если скажу, что в провинции время течет по-другому, медленнее, нежели в столице. Именно поэтому я имел возможность увидеть то время, которое не должен был увидеть. По сути, я застал еще 50-е годы.

Я помню каких-то людей, которые мне, ребенку, задавали вопрос: «А где твой папа работает? А где мама?» Я им искренне отвечал. «Э, - говорили они, - осторожнее, кругом уши, враг подслушивает!» Я помню этих странных людей. К сожалению, странного в этом мало, больше страшного. Таких людей Леша Герман снял в фильме «Мой друг Иван Лапшин»…

При всем этом были какие-то добрейшие соседи, старики, например, мой прадед. Это были люди еще с прежней закваской, люди несоветские по менталитету. Вот, допустим, мой прадед как прихожанин добровольно и бесплатно красил церковь городскую, ту, что около стадиона. Другие в детстве еще учились в гимназиях.

СВОЙ ГОРОД

Давно уже нет дома детства Олега Хлебникова, да и улица Коммунаров давно изменилась. Но стихотворные строки сохранили приметы «времени клетчатых рубашек»:

…Это время

пылью солнечной покрылось,

как шкатулка на комоде

в этом времени забытом.

А потом вместо комодов,

горок, полок, этажерок –

полированная мебель

выросла. Другие люди

подросли.

Другие люди,

не вступающие в споры,

знающие все театры,

только и не театралы…

Ах, как быстро миновала

молодость отца и мамы.

У каждого из нас свой Ижевск, и он, конечно, меняется во времени. Вот на иных центральных улицах уже и не осталось деревянных домов. На улице Коммунаров они сохранились лишь в самом начале, неподалеку от Воткинской линии. Но как похорошел сквер у Вечного огня, а открытое пространство возле новой резиденции Президента УР уже стало одним из любимых мест прогулок.

Сергей Жилин



Архив АВИСвежий номер



В коммуне остановка…

Просто зима…

Путешествие в обратно

Имени революции

На этой неделе
Встречайте! LIFAN Cebrium: Новый флагман под тремя парусами!

Установил – и забыл!

Водители против пешеходов: война в разгаре

Каникулы за 78 миллионов

Каждому по месту

Русско-турецкая «возня»

Большой друг из Великого Врага

Просто зима…

Путешествие в обратно

Имени революции


Все статьи рубрики (33)
© 2004—2010
Издательский дом «Автовитрина Ижевска»
Тел.: +7 (3412) 942-106, 942-107
E-mail: avtovit@mail.ru