16+
Автовитрина Ижевска
Рекламодателю
Прайс-лист
Контакты
РЕКЛАМА НА САЙТЕ

Лента новостей
Каталог автопредприятий
Архив новостей
Архив номеров
Душа Удмуртии путешествия по родному краю

Душа Удмуртии
На правах рекламы
Перекрестный огонь
Дорожные хроники
Спортивное поведение
Сегодня в городе моем
Уездные хроники
Тест-драйв
Из первых рук
Путешествия и путешественники
Улиц наших имена
Машина времени
Авто-портрет
Сезон охоты
Мы и ГАИ
Автоликбез от Юрия Гейко
Ижевские машины
Авто-history
Страховка
Вопрос страховому агенту
Авто в кино
Автомобиль в эпицентре истории
Авто-азбука
Советы бывалых
Авто-криминал
Моя история
Авто-байки
Авто-док
Кадры недели
Самоделкин Club
Консультации юриста
Обратная связь

Тираж 12 000 экземпляров

110 точек распространения
На главнуюОбратная связьПоиск


Места распространения

Николай Петров. МАРШРУТЫ МОЕЙ ЖИЗНИ (Продолжение-1)

Мы продолжаем публикацию отрывков из воспоминаний Николай Петрова (1910-2000 гг.). Автор – внук известного оружейного фабриканта из Ижевска И. Ф. Петрова. Как и многие другие, семья Петровых была изгнана из родного дома, родного города. Всю жизнь Николай Иванович Петров считал себя потомственным оружейником, но в силу сложившихся обстоятельств и необыкновенному увлечению техникой, стал профессиональным водителем. По сути в его шоферской и человеческой судьбе отразился весь XX век.

БЕЖЕНЦЫ

Помню, очевидно, это было в феврале 1917 года, у папы на костюме был красный бант, а позднее, уже, наверное, после октября, в нижней столовой дед сидел в кресле перед открытой крышкой подполья, в которое спустился один красноармеец, а другой стоял напротив деда, штыком уперся ему в живот и кричал: "Сейчас проткну тебя, паршивый буржуй!", а дед плакал. Дальше не помню, но думаю, что это был обыск, что искали, конечно, не знаю, и после всего этого мы всей семьей уехали к моей крестной Александре Михайловне Меркурьевой, сестре моей мамочки, в Пермь.

…Из Перми мы уехали с мамой, Ваней и Борисом в теплушках, нас называли беженцами, и сейчас я понимаю, бежали от красных и приехали тогда в Новониколаевск (теперь Новосибирск) к дяде Мише Порсеву. Это был муж моей тети Ксении. У них был оружейный магазин. Там же жила младшая сестра папы тетя Катя с мужем дядей Алешей и дочкой Женей, моей ровесницей.

…Вскоре из Новониколаевска мы поехали дальше на Восток, тоже в теплушках. Доехали до Иркутска. По дороге папа заболел сыпняком, но не помню, где его оставили. Помню только, что приехали мы в Иркутск к дяде Мише Варову, старшему брату моей мамочки. Поезда в Иркутск приходили на станцию Черемхово, а сам город расположен на другом берегу Ангары. Берега соединялись понтонным мостом, и когда переходили по этому мосту, можно было видеть дно этой прекрасной реки - такая в ней была чистая вода, и больших хариусов и тайменей, стоявших против течения. Когда приехал отец, он ловил с этого моста на спиннинг хариусов и один раз поймал тайменя, как тогда говорили, больше пуда.

…Папа, когда приехал, стал ездить на охоту, и у нас всегда было много битых зайцев и птицы, которые, я помню, висели в темной комнате на веревках. В этот же дом приехали папины знакомые - Вера Ивановна с мужем по фамилии Халтуларин. У них была дочка Ира и сын Костя, который очень сильно заикался. Эта тетя Вера сама шила обувь и мне все показывала и рассказывала, как и что нужно делать. Как шить заготовки и делать выкройки по колодкам. Так я под ее руководством сшил первые, из синей кожи, ботинки, все на металлических гвоздях.

…Папа работал в Союзе охотников, и ему поручили организовать оружейную мастерскую и выделили на 6-й Солдатской улице, против Гранд-отеля, большие помещения, бывшие каретные мастерские хозяина Сапожникова. Они были все разгромлены. Вот в них (папа нашел мастеров из Ижевска) и была организована кузница и мастерская, где работали два мастера. Я, конечно, с ними сразу подружился. В этом дворе, где была мастерская, были ели, два дома и около мастерской дом, в котором мы поселились.

…В одном из домов, который был ближе к воротам, жил с женой сапожник поляк, очень хороший мастер своего дела, и работали они с женой очень хорошо. Заработают и все пропьют вплоть до инструмента, а потом снова работают. Я ему понравился и он научил меня делать дратву, всучивать щетинку, делать деревянные гвозди. У него был старший брат, который заведовал большой сапожной мастерской. Он взял меня к себе в подмастерья. Там я научился тачать голенища сапог, шить сандалии. Эта мастерская обслуживала армию и на нее шили ботинки, в которых подошва приколачивалась на деревянные шпильки, надо было научиться их приколачивать с двух ударов молотка. Ознакомился я со шпандырем. После я самостоятельно сшил сафьяновые детские сапожки, и мама их на рынке обменяла на разные продукты. Потом папа познакомился с замечательным сапожником по фамилии Калита. Он сшил папе охотничьи болотные сапоги, которые после изготовления испытывались в кадке с водой. Папа надел их и стоял в этой кадке долго, но сапоги не потекли. Папа эти сапоги очень берег, и после охоты в них засыпался овес, и они подвешивались. Прослужили они папе очень долго. Этот сапожник научил меня шить выворотные чувяки и ичиги - это такая мягкая и очень удобная обувь. Я научился подшивать валенки кожей в обтяжку с задника, чтобы они не промокали. Все это в жизни мне очень пригодилось.

…Но все же я сын оружейников, и меня снова заинтересовала мастерская и кузница, где я помогал качать большой мех, который раздувал горно, и, как мог, помогал работать молотом, изготавливать инструмент и детали для ружей и производить закалку инструмента. Мастера решили, а они меня очень уважали, проверить, как я соображаю, и изготовили из свинца перовое сверло и послали в кузницу закалить его. Я заложил в горно разогреть для закалки, и оно исчезло. Я побежал к мастерам объяснять, что все делал правильно, но оно сгорело. Мастер дядя Миша пошел со мной в кузницу и показал, где мое сверло. Оно, конечно, расплавилось и утекло в поддувало. Так я познакомился со свинцом, и мы с ребятами потом заливали битки.

ИНТЕРЕС

К нам приехала младшая сестра моей мамочки тетя Тоня с сыном Колей и две сестрички. Старшая Люся и Тамара, ровесница моего младшего брата. Еще у нас поселилась какая-то дальняя родственница учительница, которую звали тетя Туля. Очень славная старушка. Было ей, наверное, лет шестьдесят. Работала она в школе и занималась с нами, обучая арифметике, русскому языку, немецкому и французскому. Когда мы уже кое-что начали понимать, она нам отвечала только тогда, когда мы к ней обращались по-немецки или по-французски, и мы довольно прилично научились говорить, так что потом в школе мне с немецким языком было совсем не трудно. Я до сих пор помню по-французски стишки, и говорят, что у меня очень правильное произношение и выговор. Мой старший брат Ваня ходил в школу и был скаутом, а меня и Колю мама отвела в церковь, чтобы мы там прислуживали. В церкви за алтарь никому входить не разрешалось. Только священник, дьякон и мы с Колей туда заходили. Помню, как-то мы зашли и видим, как дьякон и священник сидят за столиком и из чаши для причастия пьют красное вино и закусывают просвиркой. Нас это как-то удивило и поколебало веру в правдивость всего того, о чем говорилось в проповедях и других разговорах о вере, было во всех обрядах, и у нас пропал интерес к церкви.

…Моя двоюродная сестра, дочка дяди Миши, вышла замуж за шофера. Он ездил на автомобиле "Кадиллак" и покатал нас на этой машине. Звали его Сережа Королев. Сережа, когда к нам приезжал, все в машине показывал и объяснял. Он, пожалуй, и заложил в меня такую страсть к автомобилям.

…Я стал чаще ходить в оружейную мастерскую и наблюдал, как ремонтировали ружья, делали ложи и аксидировку - воронье стволов, и как для этого составлялся так называемый ржавый лак.

…В Иркутске было много автомобилей. Помню, была такая крытая машина, называлась "Фиат 60/90". Я, как и все мальчишки, сделал себе большой крючок из проволоки на сыромятном ремешке, надел его на руку и на коньках зацепился за этот автомобиль, а отцепиться от него не смог. Когда же отцепился, то летел кувырком так, что весь изломался и больше никогда не думал цепляться, но автомобиль меня ужасно заинтересовал.

МОСКОВСКАЯ ЮНОСТЬ

Сокольники

В 1921 году папу вызвали, и мы поехали в Москву. Папа был очень добрый, веселый человек, он очень любил маму, и никогда мы от него не слыхали не только ругательств, но даже грубых слов, обращенных к нам и мамочке. По приезде в Москву мы поселились у дяди Коли Березина. Это был муж папиной сестры Елизаветы Ивановны. Он был директором механического завода, где делали поперечные пилы, сапожные ножи, берманскую трубку и другие скобяные товары. Завод находился в Сокольниках, на Колодезной улице. У них была большая семья. Всего 12 человек. И мы приехали 5 человек, так что за стол садилось 17 человек.

…По улице Стромынка ходил трамвай, через Матросский мост над Яузой на Преображенскую площадь, где кинотеатр "Орион", Преображенский рынок и церковь. На рынке можно было купить все, от продуктов до всяких хозяйственных вещей. Братья мои двоюродные сразу меня научили, как на буфере трамвая можно проехать на рынок. Трамвай в гору ходил медленно, и сесть на буфер было нетрудно. Так я как-то поехал, и милиционер, сняв меня с буфера, надрал за уши так, что больше я никогда на буфере не ездил. Трамваи тогда были с открытыми площадками, а проезд стоил 8 копеек.

…На семейном совете решили, что мы сами будем ремонтировать обувь для всех. Дядя Коля снабдил нас деньгами, и я с Леней поехал на рынок, накупили несколько пар колодок, гвоздей, деревянных шпилек, разного сапожного инструмента, ниток и разной копейщины. В одной небольшой комнате организовали сапожную мастерскую, и я стал учить Леню и Бориса, как делать дратву, набойки и подметки.

Напротив завода был трехэтажный дом, в котором жил парень, он с нами дружил и играл в футбол. Он занимался пиротехникой, делал разные фейерверки, хлопушки. Его фамилия Ульрих, имя его не помню, может быть, он даже был сын большого военного начальника. Однажды он принес большую консервную банку и конец бикфордова шнура. Заставил нас в тупике посередине дороги разобрать мостовую и выкопать яму, что мы и сделали. Туда он заложил эту банку и поджег шнур, а мы все по его инструкции спрятались в кювет. Был такой взрыв, что в соседних домах вылетели стекла, но нам ничего не было. Мы, конечно, поняли, что натворили, и боялись идти домой и прятались дотемна, а когда мы подошли к калитке, нас встретили мой папа и дядя Коля и так выпороли ремнями, что я и сейчас помню. Это был единственный случай, когда меня наказал папа, и было за что.

…Зимой на Новый год делали елки и горку с дорожкой через весь двор, которую заливали водой, и делали освещение - гирлянды лампочек. Гора была замечательная. Даже взрослые все на Новый год с нее катались вместе с нами.

…Помню, как мы ходили к дяде Коле на рождество славить. Он нам давал 10 рублей, и все ребята ездили в цирк Никитина, который находился на Садово-Триумфальной улице, где Аквариум, или в цирк А. Саламонского, который и сейчас существует, где директор Юрий Никулин.

В ЦЕНТРЕ СТРАНЫ

В 1923 году было организовано АО "Торгохота", и папа стал там управляющим. Правление этого общества было напротив ГУМа на Никольской улице. В то время вход с Моховой улицы на Красную площадь был через два прохода: справа между Кремлевской стеной и Историческим музеем проходили трамвайные пути, и через Красную площадь шел трамвай в Замоскворечье, а между музеем Ленина и Историческим музеем было две арки, между ними Иверская часовня, и в этих двух проходах торговали всякой всячиной с прибаутками. Стоит дядя, продает металлические пуговицы и кричит: "Вы берете иголку, вы всуете и не всовывайте, вы хотите и не можете - купите механические пуговицы, раз - застегнул, и брюки износятся, а пуговица останется". Другой кричит: "Лучшее средство от клопов, блох и тараканов", покупатель интересуется, как же им пользоваться, на что продавец отвечает: "Поймайте клопа и в глаза ему, в глаза. Клоп чахнет, чахнет и сдохнет". Покупатель: "Так проще раздавить", продавец: "Можно и так".

…Слева от музея Ленина (раньше это была Государственная Дума), там, где сейчас метро "Площадь Революции", был вдоль Кремлевской стены сквер вплотную к гостинице "Метрополь". На 2-м этаже этой гостиницы был авто- мотоклуб, а у скверика проходил техосмотр авто- мототранспорта. Мы, конечно, ходили смотреть. Было в то время очень много машин, в том числе и частных. У них на дверках был нарисован желтой краской круг, а в нем надпись "Прокат". В то время в Москве было много как легковых, так и ломовых извозчиков, и прокат автомобилей.

НА ЗУБОВСКОМ БУЛЬВАРЕ

Для управляющих АО был арендован дом №10 на замечательном Зубовском бульваре, имевшем 5 аллей с большими деревьями, в основном липами. Бульвар был между Зубовской и Крымской площадями. Как и на всех бульварах Москвы, у Зубовской площади перед бульваром был дом, где располагались магазины, а за ним круглые металлические уборные, почему-то прозванные "шуриками". С Крымской площади дорога шла на Крымский мост через Москву реку. По обе стороны бульвара проходили трамвайные пути, по которым ходил трамвай «Б». Это был участок Садового кольца. Трамвай называли «Букашкой». А трамвай «А»- «Аннушка» ходил по Бульварному кольцу. Потом я узнал, что длина Садового кольца 16 км, а Бульварного - 8.

…Дом был большой деревянный с большим подвальным помещением, где была русская печь, и мезонином, в который с нашей кухни была лесенка. Перед домом была большая площадка и сад. Говорили, что в этом доме жил раньше градоначальник. В нем были замечательный паркетный пол и лепные потолки, и стены с зеркалами. Кроме нашей семьи, в этом доме рядом с нашей квартирой был гинекологический кабинет, хозяйкой была врач Лабунская. А в мезонине жила Абрикосова, бывшая хозяйка кондитерских и конфетных фабрик. С ней жила очень славная женщина, не помню имени, и собачка шпиц. Абрикосова в 1923 году уехала в Париж, а на ее место вселились студенты рабфаковцы.

…К нам приехала семья папиной сестры из Архангельска. У них было 6 детей, т. е. 4 моих двоюродных брата и 2 двоюродных сестры. Они заняли 2 большие комнаты, а у нас было 3 комнаты. У них был рояль, и они все умели играть, а Коля, старший брат, играл очень хорошо. И получилось так, что у нас в обеих семьях было 2 Бориса, 2 Николая и 4 Ивана. У нас был телефон и, когда просили к телефону, всегда переспрашивали, кого - дедушку Ивана Федоровича или моего папу Ивана Ивановича, или моего старшего брата Ивана, или художника Ивана Дмитриевича. Помню, как один раз праздновали именины четырех Иванов. К тому времени из Владивостока приехал наш дедушка Иван Федорович. А так как он не мог сидеть без дела, в подвале была организована мастерская, где он меня начал учить изготавливать инструменты, делать к ружьям ложи.



Архив АВИСвежий номер



Николай Петров. МАРШРУТЫ МОЕЙ ЖИЗНИ (Продолжение-1)

«И все прошедшие года остались с нами…»

Трактуя историю…

Николай Петров. Маршруты моей жизни (Окончание)

На этой неделе
Встречайте! LIFAN Cebrium: Новый флагман под тремя парусами!

Установил – и забыл!

Водители против пешеходов: война в разгаре

Каникулы за 78 миллионов

Каждому по месту

Русско-турецкая «возня»

Большой друг из Великого Врага

«И все прошедшие года остались с нами…»

Трактуя историю…

Николай Петров. Маршруты моей жизни (Окончание)


Все статьи рубрики (21)
© 2004—2010
Издательский дом «Автовитрина Ижевска»
Тел.: +7 (3412) 942-106, 942-107
E-mail: avtovit@mail.ru